Правильное питание поможет починить ДНК

Как увеличить продолжительность человеческой жизни? Этот вопрос давно волнует ученых. Насколько продвинулись в решении проблемы старения современные генетики? Об этом Pravda. Ru рассказывает сотрудник Института биологии Коми Уральского отделения РАН, лауреат премии президента РФ в области науки и инноваций для молодых ученых Екатерина Прошкина.

Исследование генов дрозофилы

— Екатерина, в чем суть вашей работы? За какое исследование вы получили премию президента РФ в области науки и инноваций для молодых ученых за 2015 год?

— Свои лабораторные исследования мы, в основном, проводим на дрозофиле, ее гены очень хорошо известны, и последовательность генома уже изучена практически полностью. На настоящей момент доступно очень большое количество линий, буквально тысяча линий разных дрозотов с какими-то изменениями последовательности ДНК. То есть у них изменены определенные гены.

И используя линии подобных мушек, мы можем посмотреть, как повышенная активность того или иного гена, или выключение этого гена будут влиять на интересующие нас параметры — продолжительность жизни, показатели качества жизни, например, активность, поведение, устойчивость к разным видам повреждающих воздействий.

Суть открытия была в том, что мы рассматривали, как определенный ген влияет на старение дрозотов, и рассмотрели такой механизм, как восстановление повреждений ДНК. Повреждениями могут быть воздействия высоких температур и радиации, ультрафиолета, которым подвергается человек, например, при интенсивном влиянии солнца.

И когда эти все факторы влияют на организм, то возможно повреждение молекул ДНК. Чем более эффективно справляется организм и клетки с этим повреждением, тем более жизнеспособен организм и тем больше его продолжительность жизни.

Мы попробовали активизировать эти механизмы путем изменения в генах, и эта активация защитных механизмов позволила впервые продлить жизнь мушек почти в два раза.

— А сколько живет эта мушка?

— Два-три месяца.

— И вы продлили ее жизнь до полугода?

— Не до полугода, немножко меньше, но в принципе почти четыре месяца они жили благодаря тому, что мы изменяли количество генов, которые отвечают за восстановление повреждений ДНК. В принципе, мы пытаемся найти способ стимуляции защитных механизмов, но не с помощью каких-то манипуляций с ДНК, а с помощью применения разных фармакологических веществ.

Пока вот активации генных восстановлений ДНК нам удалось достичь с помощью применения препаратов растительного происхождения, например, как ксантин. Это пигмент, который содержится в бурых водорослях и который действительно приводил к активации гена, отвечающего за восстановлении ДНК, за устранение активных радикалов.

Долголетие и здоровый образ жизни

— То есть обеспечить долголетие можно правильным питанием?

— Да. Я думаю, что вполне возможно. Либо какие-то лекарства придумать, либо скорректировать образ жизни.

— Насколько можно быть уверенным, что эти исследования на мушке будут верны применительно к человеку?

— Конечно же, исследования на мушке вряд ли будут верны для человека на 90-80 процентов.

— В одном из интервью, если верно цитируют ваши слова, вы сказали, что через 20 лет удастся достичь 200-летнего рубежа в продолжительности жизни человека.

— Это скорее громкий заголовок. Но в течение 20 лет удастся получить и выявить какие-то вещества, которые в будущем при разумном применении, при правильной концентрации позволят продлить жизнь человека, в том числе и до 200 лет.

— В будущем, как вы считаете, что все-таки будет больше работать на долголетие — хорошие гены, здоровый образ жизни либо возможность обращаться к дорогостоящей медицине?

— Мы все-таки делаем ставку, наверное, на второй вариант — здоровый образ жизни. Но, естественно, этот здоровый образ жизни нужно подкреплять какими-то дополнительными стимулирующими средствами, а подбор этих средств должен основываться на отслеживании состоянии организма, в том числе отслеживании генетики организма, чтобы можно было выявить слабые стороны. И тогда эти бреши в геноме, этот недостаток каких-то механизмов, противостоящих старению, можно будет устранить.

Фармакология

— В настоящий момент в мире очень многое зависит от фармакологических компаний. То есть сложность не только в том, чтобы что-то изобрести, но едва ли не большая сложность заключается в том, чтобы это запустить в серийное производство. Как вы полагаете, фармакологические компании готовы профинансировать разработки в области продления жизни?

— Я думаю, что вполне. По крайне мере, они активно идут на сотрудничество, если такое сотрудничество предлагается. И я думаю, что большинство фармакологических компаний с радостью согласится какой-то новый препарат разработать и выпустить его в продажу. Кроме того, мы надеемся, что в будущем в поликлиниках либо в каких-то специализированных клиниках будет более распространено решение проблемы старения.

И я думаю, что на это может повлиять развитие понимания, что старение — это не есть естественный процесс, который обязательно должен происходить, а это именно болезнь, с которой имеет смысл бороться, если разумно подходить к этой проблеме.

— Что вы намерены делать дальше? Какие ближайшие цели стоят перед вами?

— Непосредственно в ближайшем будущем мы планируем расширять спектр генов, на которые можно повлиять, чтобы продлить жизнь. Также мы собираемся протестировать новые вещества, в том числе новые вещества растительного происхождения, и какие-то лекарственные препараты, чтобы посмотреть, как они повлияют на продолжительность жизни организма и на качество жизни.

И, возможно, попробуем провести исследование, скорее всего, в рамках коллаборации с другими институтами, в том числе с зарубежными. Это и институты США, и Канады, и разные другие организации.

Подготовила к публикации Мария Сныткова
Беседовала Лейла Мамедова