Про кого пишут в «Книге памяти» Свердловской области?

В «Книгу памяти» Свердловской области вошли данные о двух старообрядческих священниках, чьи дела с протоколами допросов, отпечатками пальцев и фотографиями «фас» и «профиль» хранятся в архиве административных органов Свердловской области. Это дела на двух пастырей, служивших во Введенском (ныне – Свято-Троицком) храме села Пристань Артинского района, отца Иоанна Герасимовича Глушкова и Никифора Антоновича Заплатина.

Оба пастыря были чрезвычайно уважаемы в регионе и трудились во имя сохранения веры от жестокосердных властей, а отец Никифор даже был кандидатом в архиереи. К сожалению, этому не суждено было случиться…

Свердловская «Книга памяти» жертв политических репрессий представляет собой, по сути, многотомное издание.

Только осенью 2014 года оно было полностью завершено и представлено всем желающим. Отметим, что первый том из десяти существующих на сегодня был издан в 1997 году, а последний представлен совсем недавно, в рамках выставки архивных документов «Жизнь и судьба», проходившей в Государственном архиве областных административных органов.

- За 18 лет проведена огромная работа по выявлению сведений обо всех, кто был репрессирован с двадцатых годов до середины пятидесятых годов прошлого столетия, - рассказывает Александр Капустин, начальник управления архивами Свердловской области. – Мы выявили всех, но в Книгу вошли только те, кто впоследствии был реабилитирован. Эти данные очень важны для родных этих людей, ведь благодаря этому восстановлены добрые имена их близких. Эта книга – первый шаг для развенчания некоторых мифов, которые создаются о тех временах, в частности, о численности репрессированных. Теперь мы точно знаем, сколько их было, кто они по национальности, профессии. Теперь слово за историками. Мы надеемся, что им пригодятся результаты нашего труда. Хочу поблагодарить всех, кто участвовал в создании Книги памяти, в том числе, управление ФСБ России по Свердловской области и Главное управление МВД России по области.

Колоссальная работа над подготовкой к печати этого собрания шла с 1995 года. Известно, что в первые девять томов от А до Я внесены имена тех, кто был арестован и осужден в те годы, а потом реабилитирован. При этом в последний, десятый том, внесены фамилии, не вошедшие в предыдущие. Дело в том, что некоторые дела на хранение в госархив передавались только тогда, когда первые несколько томов уже были изданы, к тому же, когда готовились первые выпуски книги, факт реабилитации некоторых граждан был еще под большим вопросом.

Таким образом, не стоит думать, будто все имеющиеся данные обо всех жителях Свердловской области, уничтоженные в суровые годы лихолетья, сохранены в книге. До сих пор, например, неясной остается трагическая судьба уральского священника Федора Никонова, который служил в храме РПСЦ села Башкарка Пригородного района и погиб при страшных и до сих пор до конца невыясненных обстоятельствах. И это – если говорить только о священнослужителях-старообрядцах. А про скольких прихожан наших храмов в те годы мы случайно забыли или и вовсе не знаем?

Поэтому нам, исследователям истории старообрядчества, ставить точку в поисках слишком рано. Не время даже для многоточия – так, запятая, вслед за которой пора вписывать следующие фамилии. И они, конечно, будут.

- Книга памяти жертв политических репрессий Свердловской области – это многолетний труд архивистов нашего региона, который заслуживает большого уважения, - подчеркнул Андрей Злоказов, министр социальной политики региона. – Каждый том – это судьбы конкретных людей, это память о жителях Среднего Урала.

По его словам, книга, увидевшая, наконец, свет в полной версии, позволяет закрыть пробелы в истории области, в историях многих семей. При этом глава ведомства подчеркнул, что по содержанию эта книга – одна из лучших подобных изданий в России.

Сложно сказать, вошли ли данные о репрессированных и уничтоженных в лагерях священниках в подобные издания в других регионах, но факт увековечивания пастырей на Урале не может не радовать. А вот что бесконечно огорчает – это то, что ни об отце Иоанне, ни об отце Никифоре нет никаких посмертных данных. Мы уже, наверное, никогда не узнаем, где они умерли, при каких обстоятельствах, а главное – где покоятся их «кости смиренные»…

Максим ГУСЕВ