…Домашних питомцев, самолетов и поездов, старых машин, брошенных частных домов, европейские ухоженные и азиатские заброшенные. Кладбищ в жизни я видел немало. Но погост, созданный в столице Среднего Урала художником Эдуардом Кубенским «Екатеринбург на память. Хроника утрат», удивляет и впечатляет по-особому. Он напоминает о том, что в Свердловской области и, в первую очередь, в Екатеринбурге умирает сама история города — особняки, дома, усадьбы, а вместе с ними уходит и человеческая память.
Памятники, могилы, холмы, овалы. Мрачновато. Люди специально почти не приходят – так только, проходят мимо и останавливаются. Те, кто видел – просто еще раз что-то уточнить для себя, а те, кто заметил впервые – в состоянии легкого шока. Дело в том, что погост этот – в одном из городских парков, там где не принято грустить – здесь гуляют мамочки с малыми детьми, пожилые люди, в обеденный перерыв заходят люди из офисов, часто собираются тут и студенты. И среди этой публики – небольшое кладбище! Его «упрятали» сюда по настоянию городской администрации, чиновники которой испугались, что проект этот заденет чувства гостей уральской столицы.
А два года назад «презентация» этого кладбища, надо сказать, оказалась событием резонансным: в один из дней около областной библиотеки Белинского, близ офисных зданий и музея «Невьянская икона» появилось то, мимо чего равнодушно пройти было никак нельзя. Памятники с овалами «умерших» и годами их жизни – узнавалось, что в основном здесь «покоятся» долгожители, по полтора-два, а то и по три столетия.
Можно было подолгу наблюдать, как сотни прохожих останавливались у этих могил, причем мимо не проходили даже те, кто видел этот арт-проект. Люди не просто вставали — привычная спешка исчезала, когда вдруг осознавали, что в самом центре мегаполиса – настоящее кладбище. И – расчехоляли фотоаппараты, растерянно и в немом удивлении обходили «умерших», созерцая их на фотографиях.
Что и говорить, Екатеринбург в последние десятилетия архитектурно обмелел. За последние годы в городе полностью уничтожены десятки исторических зданий — объектов культурного наследия, на месте которых сейчас то парковка около небоскреба, то новое здание делового комплекса «Екатеринбург-сити», то простая лужайка. Эта проблема долгое время обсуждалась в прессе, а чиновники регионального минкульта собирали конференции, куда приглашали ученых для ее обсуждения, и с каждым новым снесенным зданием эти общественные всплески становились все тише, пока однажды тема уничтожения исторического наследия и вовсе не исчезла из информационной повестки. А ведь в городе, ведущем свою историю с 1723 года, основанного делегированными сюда европейцами и просвещенными царскими особами, а потом немало облагороженном купцами-старообрядцами, на рубеже тысячелетий наследства — памятников деревянного зодчества — было немало! Снос одного из них, принадлежавшего горному инженеру Ярутину, в апреле 2008-го вызвал бурю негодования — сотни людей собрались на митинг и устроили зданию, превратившемуся под покровом ночи в кучу дров, пышные «похороны» с речами, словами, эмоциями. И это стало самым последним, самым ярким проявлением неравнодушия...
Спустя годы, уральский художник решил обратить внимание общественности на проблему уничтожения сотен зданий, которые некогда подчеркивали уникальность трехвекового города. Эдуард Кубенский так описывает свой проект:
- Когда навсегда уходит кто-то из близких, очень трудно свыкнуться с мыслью, что жизнь изменилась и остались только воспоминания. Чтобы смягчить горечь утрат, мы можем часами рассматривать фотохронику, подолгу перебирать старинные вещи, ходить на кладбище. Хотим мы того или нет, но это место занимает в нашей жизни важнейшую роль. Мы можем никогда не побывать в театре, в музее, библиотеке, парке культуры, ресторане, но мы непременно и не единожды посетим кладбище.
И не случайно художник уверяет, что кладбище — это не только мрачные, горестные стороны жизни. Чаще всего в печали и горе мы бываем здесь только в день похорон, а потом посещение дорогой могилы вызывает умиротворение и умиление. Поэтому в дни, когда уже не в наших силах вернуть утраченный Екатеринбург, людям остаются воспоминания. Помнить есть о чем — и об уникальной резьбе деревянных наличников, и о фигурной кирпичной кладке купеческих особняков, облупившейся штукатурке.
- Они ушли, как нам хочется думать, по независящим от нас причинам и нам очень жаль, что мы не смогли ничего оставить о них себе на память, - говорит он. - Мы хотим помнить, что они были. Нам нужно время, чтобы свыкнуться с мыслью, что жизнь изменилась, нужно время, чтобы обрести умиротворение, осознать, как не допустить новой утраты. И этот проект — наша память о городе, который изменился до неузнаваемости и не всегда в лучшую сторону.
...Здесь не хочется говорить, обсуждать что-то, спорить. Стоишь и думаешь, как вот рядом с этим домом ты гулял в детстве, а здесь не раз стоял со школьными друзьями, мимо этой усадьбы ты гулял со своей первой любовью, а вот этого дома многие и вовсе не помнят — его снесли лет двадцать назад.
Только никак не понятно — чего же испугались городские власти, когда приказали перенести проект с улицы в парк? Постыдились себя и признали свою неспособность защитить историю, которая год за годом ускользает от нас, оставляя наедине с бизнес-центрами, спа-салонами и паркингами? Кстати, один из проникшихся идеей горожан приписал на одном из памятников, что этот проект - «также память всем уничтоженным тополям, газонам и дворовым псам».
Максим ГУСЕВ
Екатеринбург
Фото автора
